Спрашивает в "Фэйсбуке" Alexandra Garmazhapova

Если бы мне кто-то сказал, что, объявив клич с предложением рассказывать о расизме и ксенофобии в России, я получу тысячу историй и не буду спать несколько суток, я бы все равно это сделала.
Пишут удмурты, карелы, якуты, мордвины, чуваши, буряты, башкиры, русские немцы, евреи, ненцы, чеченцы, ингуши и др. И все об одном: нашим родителями запрещали говорить на родном языке, меня обозвали чуркой/узкоглазой/налимом/вотячкой и т.д.
Сотни историй о насилии в транспорте («один из группы нацистов ударил меня ногой в лицо») и оскорблениях («мы шли 9 мая по Невскому с моим парнем, а ему прохожая сказала: ‘Чё ты с узкоглазой связался? Нормальную найти не мог?’»).
Русская немка вспомнила, как её на школьном параде в честь 9 мая закидали камнями с криками «Фашистка! Фриц». Девушка добавила: «Думала, забыла, столько лет прошло, а я сейчас сижу и плачу, так обидно».
Еврейка вспоминает, как всё детство слышала набившее оскомину ругательство «ж****ка», а когда они репатриировались и уезжали в Израиль, соседи напоследок прошипели: «Как выгодно быть нынче ж*****!»
Среди тонны боли были и ироничные случаи. Женщина рассказала, как её бабушке в церкви прихожанка кричала, что «всех ж**** надо было сжечь», на что бабушка возразила: «И кем же был Иисус?»
А прихожанка завопила: «Иисус был русским!»
У вас всё окей, денацификаторы?