Леонид Кондратенко (leokondrat) wrote,
Леонид Кондратенко
leokondrat

Categories:

Повесил в "Фэйсбуке" священник Яков Кротов

ОБЪЕКТИВАЦИЯ КАК РАСЧЕЛОВЕЧИВАНИЕ

Посмотрел за вечерней технической работой свежий голливудский триллер. Качество на троечку, называть не буду, но сюжет наводит на размышления.

Некий фотограф насиловал детей и фотографировал их на поляроид. Фотографа убили, но его дух вселился в поляроид, так что, если кого-то этим поляроидом сфотографировать, то человека убивает призрак фотографа.

Более того, и не призрак обретает власть над человеком через фотографию - если фотографию кто угодно подожжёт, то и человек загорается.

Конец предсказуем: на поляроид фотографируют самого призрака, и этим обретают над ним власть, и уничтожают его.

Сценарий эксплуатирует очень глубокий страх человека перед изображением не только себя, но и любого другого человека, а иногда и перед любым изображением.

Природа этого страха, возможно, связана с опытом опустошения, который знаком любому человеку. В XIX веке даже ставили диагноз "taedium vitae", "усталость от жизни". Есть милый рассказ у Александра Грина - видимо, автобиографический - о журналисте, который пишет много и хорошо, но вдруг всё обрывается. Но не в силах написать ни строчки, он тупо глядит вокруг и даже не очень понимает, кто он такой.

Человек боится не фотоаппарата, не фотографии, человек даже не изображения боится. Человек боится превратиться в объектив. Фиксация реальности - базовая способность человека, но если остаётся только эта способность, то человек исчезает. Равнодушный взляд не глядит, а "скользит". Отпечатки есть, а фотографа нет. Только щелкающий затвором фотоаппарат, из которого вылезают фотографии. Смерть духовная.

К счастью, такие патологические состояния нечасты. К несчастью, до них можно довести. Ненависть стремится именно к этому - чтобы другой человек перестал быть человеком, стал объективом, чтобы он исчез, а остались лишь его ощущения и мозг. Объектив есть, а фотографа нет. Это смерть заживо - реакция "избегания", "замирания", когда напуганное существо имитирует смерть, чтобы его погнушались есть.

Впрочем, можно довести, но можно и нужно совершать исход из этого обморока душевного. Само осознание того, что ты "выпал в осадок", "отупел", не стал бесчувственным, но кроме чувств в тебе нет того, что организует чувства и соединяет их в человечность, - осознание этого уже есть квантовый скачок к воскрешению в себе человека. Дело за малым: скакнуть за своим скачком. Организм-то хочет воскреснуть, но не может, ему нужно соработничество того неуловимого, что является личностью. И тут часто выход - сфотографировать то или того, что довело тебя до этого состояния, объективировать причину своего несчастья, перестать воспринимать эту причину как нечто живое, ненавидящее тебя, и повесить "это" на стену как вешают картину или даже лампочку. Тогда причина несчастья станет способом освобождения от несчастья.

(Как мне кажется, текст, как это нередко бывает у этого автора, очень точный, но все ровно наоборот. Работал довольно долго почтальоном и профессионализм - это хорошенько помнить, что клиент не тебя такого умного и красивого ждет, а свою дурацкую газетенку к завтраку. Он заплатил за нее. На работе расчеловечиться и стать объективом - это именно то, за что тебе деньги и платят. Журналисту, например. Никакой авторской журналистики нет и быть не может. Мне нужны новости, а не авторские интерпретации новостей, то чем чаще всего занимается Шендерович, мне-читателю совсем не нужно. Талантливая эссеистика нужна, конечно, но к новостям это имеет столько же примерно отношения, сколько "Сказка о рыбаке и рыбке", - прим. ред.)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments