Повесил Александр Подрабинек
...Единственное, с чем вынуждена считаться авторитарная власть, это с силой. Гражданское общество, которое заявляет о себе как о самостоятельной политической силе, способно добиться перемен. Для этого не надо ждать 2024 года в надежде, что это и будет то самое тонкое место, где непременно порвется. Спору нет, в такой момент легче добиться большего успеха, но уповать на него не стоит - это обстоятельство благоприятное, но не исключительное.
У России есть хороший опыт - опыт неудач. Не удалось в 90-х, потому что не хватило упорства и тщательности. Не удалось в 2012-м, потому что расслабились и доверились пустозвонам. Никому в Восточной Европе и бывшем СССР не удавалось твердо встать на путь демократии с первого раза. Разве что ГДР, воссоединившейся с федеративной республикой. Не всем удалось и со второго.
Изжить советское наследие нелегко. Рабство и в самом деле выдавливается по капле. Но если остановиться в ожидании чудесного года ожидаемых перемен и уповать на смену вождя, то свободы мы совершенно точно никогда не увидим даже на горизонте.
(В экс-ГДР я несколько лет жил. Это странное место, молодые уезжают после школы, те, кто постарше уехали работать или остались со стариками. Формально страна едина, фактически ГДР осталась в головах и восточная Германия - это территория, на которой живут люди, которые любят страну, которой больше нет и считают себя гражданами той страны. Страны то давно нет, да граждане еще есть, - прим. ред. )
У России есть хороший опыт - опыт неудач. Не удалось в 90-х, потому что не хватило упорства и тщательности. Не удалось в 2012-м, потому что расслабились и доверились пустозвонам. Никому в Восточной Европе и бывшем СССР не удавалось твердо встать на путь демократии с первого раза. Разве что ГДР, воссоединившейся с федеративной республикой. Не всем удалось и со второго.
Изжить советское наследие нелегко. Рабство и в самом деле выдавливается по капле. Но если остановиться в ожидании чудесного года ожидаемых перемен и уповать на смену вождя, то свободы мы совершенно точно никогда не увидим даже на горизонте.
(В экс-ГДР я несколько лет жил. Это странное место, молодые уезжают после школы, те, кто постарше уехали работать или остались со стариками. Формально страна едина, фактически ГДР осталась в головах и восточная Германия - это территория, на которой живут люди, которые любят страну, которой больше нет и считают себя гражданами той страны. Страны то давно нет, да граждане еще есть, - прим. ред. )