Об этике
В советское время было попроще. Но и то. В КГБ идти было совсем неприлично, стучать было совсем неприлично. В КПСС вступать считалось совсем неприлично. А вот уже в комсомол, или в армию служить... тут начинались разночтения. Типа, детям можно, им деваться некуда, а они еще не вполне за себя отвечают. От армии я бегал, а друзья отслужили. Не знаю, что они своим детям говорили. А у меня девочки, были, пока не отняли.
Теперь все в разы сложнее, появилось множество вариантов. В фэйсбучной ленте по поводу событий на Украине, точнее по поводу реакции на них, разошлись мнения даже у Екатерины Молоствовой и Александра Скобова. Насторожила немного апелляция к авторитету Михаила Молоствова, мне не кажется, что кто-то имеет право говорить вслух от имени Михаила Молоствова, общее то есть у обоих, но есть и отличия в биографиях, весьма, на мой взгляд, существенные.
С отцом я о политике говорил мало. Когда мне было девять они с мамой расстались и отца я в детстве видел раз в неделю, а потом еще реже, а потом и не каждый год, он в Москве. Я - в Германии. Но ему, как он говорил, почти никто из политиков и не был симпатичен, Михаил Молоствов редкое исключение.
Теперь все в разы сложнее, появилось множество вариантов. В фэйсбучной ленте по поводу событий на Украине, точнее по поводу реакции на них, разошлись мнения даже у Екатерины Молоствовой и Александра Скобова. Насторожила немного апелляция к авторитету Михаила Молоствова, мне не кажется, что кто-то имеет право говорить вслух от имени Михаила Молоствова, общее то есть у обоих, но есть и отличия в биографиях, весьма, на мой взгляд, существенные.
С отцом я о политике говорил мало. Когда мне было девять они с мамой расстались и отца я в детстве видел раз в неделю, а потом еще реже, а потом и не каждый год, он в Москве. Я - в Германии. Но ему, как он говорил, почти никто из политиков и не был симпатичен, Михаил Молоствов редкое исключение.