Леонид Кондратенко (leokondrat) wrote,
Леонид Кондратенко
leokondrat

Повесил в "Фэйсбуке" священник Яков Кротов

КИРКЕНЕССКИЕ ЭТИКИ

В декабре 1944 года Игорь Дьяконов, гениальный полиглот, выдающийся востоковед, сотрудник фронтовой газеты (кстати, вместе с Ефимом Эткиндом), комендант Киркенеса, написал "в стол" трактат об этике на 10 страницах. Он опубликовал этот трактатец в перестройку, в 1989 году в "Знании-сила".

Киркенес, кстати, был разрушен начисто - но не русскими, а немцами. Норвежцы отсиделись всю войну в выработанных угольных шахтах. Пастор в Киркенесе был, по воспоминаниям Дьяконова, несчастный и нищий многодетный бедолага, реальным альфа-самцом был директор школы. На русских норвежцы смотрели как на носителей цивилизации (Дьяконова в 1990-е сделали почётным гражданином Киркенеса, что он, конечно, заслужил). Русских норвежские нравы часто удивляли: например, солдаты забрали у крестьянина лодку, потом разрешили прийти забрать, но крестьянин отказывается: лодку надо тащить через землю соседа, сосед потом потребует заплатить за ущерб, который причинён землей перетаскиванием.

Эссе Дьяконова интересно своей банальностью. Он лаконично выразил символ веры своего поколения. Не советского, а шире, намного шире. Ведь когда говорят "в СССР было лучше", "были идейные", не имеют в виду официальный коммунизм (а кто имеет, тот попросту сволочь). Имеют в виду реальное воодушевление, которое было в людях - в моей матери, в моём отце. Как раз в официальных коммунистах этого воодушевления не было, они изначально были лицемеры, а по сути жлобы, породившие в итоге ельцинизм-путинизм...
Дух же ХХ века - это дух коллективного энтузиазма. Хороший - нейтральный - пример это Израиль. Израиль от отцов (и матерей!) основателей до 1977 года, когда демократические выборы в одночасье похоронили былое. Кстати, и в России 1977 год можно считать поворотным, окончательно что-то распалось.

Энтузиазм этот - вера не вообще в светлое будущее, а в то, что коллектив может то, чего не может единица. Слово Дьяконову:

«Первый этический принцип, или максима, заключается в том, что благо моего ближнего важнее моего личного блага. Это прагматически верно, потому что в нашей жизни мы привыкли отождествлять хорошего человека как человека альтруистичного, а злого человека - как эгоистичного. Это биологически правильно, потому что "я" означает особь, а "мой ближний" не является раз навсегда определенной индивидуальностью; следовательно, он представляет вид, а с биологической точки зрения смысл жизни заключается в сохранении вида, а не особи. Это социально-экономически верно, потому что индивид не может существовать, не составляя части коллектива, но коллектив может существовать без индивида. Если индивид присваивает себе первенство, он, в конечном счете, разрушает общество, а тем самым предпосылки человеческого существования».

Это фантастическое самопожертвование, самоумаление, служащее источником фантастической энергетики. Это энергетика обернулась, правда, величайшими трагедиями, потому что и гитлеризм, и сталинизм держались именно этим духом. В разной степени, конечно, более всего личность была аннигилирована в сталинизме, менее всего в сионизме, почему уравнение сионизма с нацизмом это ложь и дурость. Но что болезнь одна, несомненна. Болезнь, которая не из ниоткуда появилась. Это доведение до логического конца того коллективизма, который с древнейших времён тянется в человеческой истории, и который есть в любой стране в виде "патриотизма".

К стыду верующих, надо признать справедливость утверждения Дьяконова: "Во всякой религии Бог или божественные силы имеют первенство перед личностью". Это справедливое описание положения вещей, хотя, конечно, Бог-то старается спасти личность от коллектива, спасение и есть спасение от безличности.

Современная Норвегия вообще и Киркенес в частности - отличный пример ошибочности "киркенесской этики" Дьяконова. То, что в России с ужасом именуют "западным индивидуализмом", распадом на атомы и т.п. - это, конечно, не Царство Небесное, но это единственная дорога к человечности. Либо - либо. Либо признание личности, а не коллектива - любого - единственной реальностью, либо пропасть.

В прошлом Киркенес - это вполне имперский проект, это завоеватели-норвежцы пытаются "норвежизировать" коренных саами и финнов. Но это давно в прошлом. Вчера на мессе (лютеранской, но вполне католической по схеме) библейский текст читала у алтаря саами в национальном костюме. (К утешению консерваторов замечу, что пастор был мужчина, а не женщина).

В настоящем Киркенес - это такое изобилие "понаехавших"... Официантка в кафе - русская, здесь уже 18 лет, в гостинице из пяти портье один серб лет 20, в Норвегии 2 года, один просто русский, одна тайка. (Моё преимущество тут в том, что я всё время был в подряснике и вызывал интерес как норвежцев, так и русских, давно мимикрироавших под норвежцев). На фотографии ливанское лицо - это местный политик, партия зелёных, Фарид Шариати. Двухметрового роста джинн из мультфильма Диснея.

Наконец, собственно событие, на которое меня пригласили - за киркенесские деньги - это Баренц-прайд, то есть, совместное шествие ЛГБТИ Киркенеса и Мурманска. Правда, на само шествие я не попаду, сейчас уезжаю, а два дня говорил, слушал, слушал, говорил, фотографировал. Уверяю вас, по фотографиям вы не определите, кто "нормальный", кто "нет" - гетеросексуалов было много среди участников, потому что гетеросексуалы помогают интеграции мигрантов, помощи меньшинствам и т.п.

В беседе с одной русской (не участницей мероприятия, местной уже) она меня спросила - вот вы священник, как же вы в этой гадости участвуете, они же такое пропагандируют! За этим - та самая коллективистская этика в самом архаическом виде. Боязнь заразы. Чужаки заразят меня чуждостью. Или моих детей. Как там в 1992 году писал Кураев? В метро объявление о баптистской встрече - это пропаганда, это совращение. Ну вот, в метро больше нет этих объявлений, можете радоваться. И современное российское религиозное сознание - не только православное - именно такое, архаичное до жути. На Западе полегче, хотя в целом, конечно, налицо рецессия, отступление. Но это кажущаяся рецессия.

Просто за последние полвека к общественной жизни приобщился огромный пласт людей, который раньше был выключен вообще из коммуникации. Этот пласт начинает практически с нуля, начинает с низшей, людоедской точки. На теракты 11 сентября и другие реагирует, посылая войска в страны, которые вообще к теракту отношения не имели, исламофобией и прочими фобиями. Когда из этих стран бегут от бомбёжек туда. где лучше - на Запад - удивляются и начинают строить стены. То есть, мы тебя будем бомбить, а бежать тебе к нам мы не дадим. И выход не в том, чтобы напоминать, что и иракцы с сирийцами - часть огромного коллектива под названием "человечество", а в том, чтобы напоминать, что нету никакого "человечества", "вида", "нации", есть всегда лишь 1 (прописью: один) человек, и его нельзя убивать, и он есть ближний. Как с этим справляться, которой киркенесской этикой - этикой подавления или этикой привечания - это решает каждый сам. Просто надо сознавать условия задачи, цену вопроса и хотя бы немного знать предысторию.
(Имя Дьяконова дед произносил часто и с огромным почтением, так что я очень удивился, что текст такой серый и скучный, когда опубликовали и я прочитал. Мне как-то не попадались до сих пор убедительные тексты про коллективистскую этику, - прим. ред.)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments