Леонид Кондратенко (leokondrat) wrote,
Леонид Кондратенко
leokondrat

Повесил в "Фэйсбуке" священник Яков Кротов

ПРОТИВ ПОЛИТИЧЕСКОГО МИССИОНЕРСТВА

Миссионерство плохо для миссии религиозной, плохо и для миссии политической.

Наибольших успехов Церковь добилась в эпоху, когда миссионерства не было. Были просто х., которые — как апостол Павел — работали как работали и до обращения, а на досуге рассказывали о Боге. Конечно, были и освобождённые проповедники, но «освобождённый проповедник» всё-таки довольно печальное явление, печальное не для аудитории (она-то довольна, лишила человека свободы), а для проповедника. Он лишился профессии, он подсел на иглу зависимости от веры. Во всяком случае, в историю вошёл как идеал миссионера вошёл именно апостол Павел с огромными иглами, которыми он сшивал полотна шатров.

Великие миссионерства Средних веков обернулись показухой и формализмом. Церковь оказалась чем-то вроде пиявки — раздулась, но кровь-то была не Христова, да и не кесарева, а обычных людей, только подневольных. И это даже в наши дни называют «христианское общество». А мир, освободившийся от пиявки, стало быть «пост-христианский мир». Слава Богу за всякое освобождение — и мир перестал быть лицемерным, и Церковь перестала быть пиявкой. Без Церкви найдётся много желающих попить кровушки офисного планктона, бескровного и беспощадного.

Политическое миссионерство плохо ровно тем же: оно лишает миссионера чувства аудитории, осязания реальности, аудитория же получает подгоревший продукт.

В России неудачу демократии объясняют в лучших большевистских традициях — объясняют сами миссионеры от демократии. Недопроповедовали, были недостаточно убедительны, не дали внятного идеала.

Какое уж там — недопроповедовали! В начале 1990-х сплошным потоком лилась проповедь свободы и демократии по тем же самым арыкам (да и теми же людьми часто), по которым лилась проповедь ленинизма-коммунизма. В 1996 году, когда спойлером Ельцина выступили коммунисты, уж так проповедовали демократию, так проповедовали...

Лицемерно проповедовали! Проповедь демократии казнокрадами, проповедь демократии, когда надо было дать людям свободу зарабатывать, проповедь демократии одновременно с постоянной реставрацией государственной монополии на всё, — это вернее воспитывало ненависть к демократии, чем любые речи любого гебешника.

Что до того, что демократы не предложили народу («людям», с ударением непременно на последнем слоге) внятного идеала — недоразумение. Тому нечего идеал искать, у кого идеал за плечами. Идеал демократии за Шереметьево и за Камчаткой, живёт и в ус не дует, и всякий разумный обитатель России этот идеал обожает и мечтает стать обитателем этого идеала, хотя бы в израильском, чешском, ну а лучше всего — канадском варианте. Другое дело, что для эмиграции нужно много усилий — и при этом тебе гарантированно будет хуже, только твои дети попользуются. Так ведь то же самое и со строительством идеала в России. Польский опыт, да и любой опыт любых стран соцблока показывает, что победителей не судят, но и не награждают. Как в Евангелии сказано, сеют одни, жнут другие, а ржут третьи — которые и не сеют, и не жнут, а просто копошатся у кормушки, благо нефть есть.

Строить демократию в России по определению занятие, убыточное для строителей. Выгоднее поселиться в уже готовом доме. Убыточное, а главное — успех не гарантирован. Ведь демократия, свобода, процветание — это исключение, это чудо, такое же, как чудо, что не все приматы обезьяны, а встречаются люди. Во всяком случае, один мудрец утверждал, что людей есть смысл искать, но только днём и только с фонарём.

Самое глупое в проповеди демократии — утверждать, что её победа неизбежна. Ещё как избежна! О процветании и говорить нечего. Две трети человечества преспокойно обходятся без демократии, мира и прогресса, как обходились без них 20 тысяч лет. «Запад», «Первый мир» — такое же невероятное завихрение как воскресение и вера в воскресение. Нечто, чего не должно быть, а оно — есть. Но миссионеры проповедуют воскресение, но не воскресают — они довольно последовательно заканчивают жизнь преждевременной и насильственной кончиной. Миссионеры — не путать с миссиями, организациями. Организм умирает, организация не может умереть, потому что организация мертва изначально.

Демократия и свобода случаются не потому, что они неизбежны и самоочевидны, а потому что человек — не скотина, которая ищет самоочевидного и неизбежного. Во всяком случае, человек не рождён скотиной, если он оскотинивается — это его личный подвиг, его выбор, его драма, быстро превращающаяся... быстро превращающаяся в трагедию для других. В войны, в насилие, в ложь, в порабощение. Вот эти уж умеют себя подать! Эти уж так себя проповедуют, что никаких апостолов не надо. Достаточно одного пятнышка трусости, одной царапинки в человечности — и вот уже вяленая воблушка с тараканом Кафки празднуют свадьбу. Ну что ж, у рабства и лакейства своя улица и свой праздник на ней, а у свободы и человечности — улица та же, а праздник совсем другой, и ты тогда ты, когда ты с праздником человечности и свободы.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments