Леонид Кондратенко (leokondrat) wrote,
Леонид Кондратенко
leokondrat

Category:

Повесил в интернете Алексей Лейн

Так мы и начали жить вместе. Без особой любви. Правда по началу кажется, она увлеклась мной. На похвалы не скупилась, и все сравнения с другими людьми были в мою пользу. «Ну, этот-то не чета тебе» - любимое ее выражение в то время. Я понимал, что это лишь комплименты. Но самолюбие мое Юлькины слова все равно грели. Да и, если честно сказать, не так часто меня раньше хвалили.
Со временем я узнал, что ее двухкомнатную квартиру на Охте захватил брат бывшего мужа. «Мужа» - громко сказано. Просто жили вместе. Зачем она вообще выходила замуж – для меня так, и осталось загадкой. То ли окончательно на себе крест поставила на пороге 30-летия. То ли надеялась устроить судьбу со своим Рашидом, который патологически не хотел работать. Жили на мамину пенсию и ее зарплату библиотекаря. Долг за квартиру рос. Грозили выселением. Пришлось обменивать фешенебельный центр на окраину. Она сразу сказала: «Я здесь жить не буду». Потом к муженьку приехал братик. Он начал моральный (и не только моральный) террор.
Постоянные издевательства и избиения заставили Юлю уйти из собственной квартиры, в чем была. Даже без паспорта и диплома об окончании педунивера им. Герцена. Она боялась брата мужа. Боялась панически. Основания для этого страха существовали. Он был замешан в убийстве и торговле наркотиками.
Одна из соседок по коммуналке отдала нам шахматы. Начались бесконечные баталии на 64-х клетках. Юлька чаще проигрывала, но все равно предлагала сыграть снова и снова. Так мы и жили. Иногда спорили, иногда ругались. Но чаще дни проходили мирно. Не смотря на диаметрально противоположные взгляды на некоторые вещи, например на живопись, музыку взаимопонимание у нас присутствовало. По выходным мы чаще всего гуляли по городу. Заходили в кафешки. Юля обычно пила чай. Я – кофе. Иногда позволял себе что покрепче. Но она никогда не забывала сказать мне «спасибо», при выходе из кафе. Когда я изредка спрашивал ее: «Ты меня любишь?» Юля отвечала: «Да… Только на свой лад». Не врала. И за это я был ей признателен.
Как-то поздним осенним вечером мы сидели в Таврическом саду. На горке, где когда то был фонтан «Мальчик с уткой». (Позже они «улетели» то ли на пункт приема цветных металлов, то ли на чей-то дачный участок, и спустя несколько лет были воссозданы.) Юля рассказала мне, о том, что у нее есть маленький сын Тимофей. Ему нет еще и года. Сейчас он в доме малютки. Забрать его в квартиру на Охте не было никакой возможности. И «муж» и его брат сказали: «Если принесёшь, мы его за ноги и об стенку. Или просто с седьмого этажа выкинем». Я закурил глубоко затягиваясь. Потом сказал:
- Юля, выходи за меня замуж. Я усыновлю твоего Тимофея, и мы за границу уедем.
- Куда?
- В худшем случае в Израиль. Там мне отказать не должны.
Мы еще немного поговорили на эту тему. Потом Юля, чмокнув меня в щеку, произнесла: «Спасибо тебе! Ты первый, кто подумал, позаботился о моём сыне». Но т.к. паспорта у нее пока не было, всё повисло в воздухе.

Через некоторое время мне с большим трудом удалось настоять, чтобы она обратилась в милицию. По пути Юля раза три пыталась развернуться на 180 градусов. Но все-таки с помощью участкового паспорт и диплом об окончании пединститута были возвращены. Правда, потом правоохранитель, обещавший взять квартиру на контроль, стал делать недвусмысленные намеки. Мол, давай я этого дагестанца выселю, а ты мне свое жилье по дешевке продашь… А еще спустя некоторое время она увидела брата «мужа» мирно беседующим с участковым у опорного пункта милиции. Как выяснилось выходец с юга «отстегивал» ему ежемесячно по полторы тысячи рублей.

Первый серьезный конфликт случился после моего прогула. Я купил больничный. В метро. За 500 рублей. Купил при Юле. Никаких протестов это не вызвало. Но заполнение листка временной нетрудоспособности вызвало шквал, нет, не шквал, а целую бурю Юлиного возмущения. Как говорится, я узнал о себе «много нового». В конце концов, она ушла, хлопнув дверью. Как я понял – навсегда.
Целый день я гулял по Каменному острову, чтобы как-то успокоится. А вернувшись домой, я обнаружил Юлю сидящей в своей любимой позе – на табуретке у окна. Тут уж я не выдержал - «умерла так умерла». Уже смирившись с мыслью, что в моей жизни ее больше не будет. Понял, что в чем-то станет лучше. Ведь тогда я ее еще не любил...
Subscribe

  • Лытдыбр

    Совсем скользко. Не пройти. Ни по двору, ни по Посадской. А я надеялся успеть до оттепели съездить в "Яблоко". Зарегистрироваться, что я не выбыл из…

  • Повесила у себя GAZETA.SPB

    Председатель Законодательного собрания Петербурга Вячеслав Макаров поздравил депутата Бориса Вишневского с днем рождения и рассказал о дружбе с…

  • Повесил в "Фэйсбуке" Игорь Иртеньев

    С юных лет для меня и моих друзей определение «антисоветский» обладало безусловной положительной коннотацией. Сегодня, благодаря путинским…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments