April 28th, 2020

Повесила в "Фэйсбуке" Елена Альшанская

Я очень много пишу про коронавирус.
Даю себе с вечера зарок – больше ни слова.
Но не получается. Невозможно абстрагироваться от того, что сегодня так сильно определяет наше настоящее, как постоянный фон.
Даже если ты не думаешь о нем, он вносит существенные коррективы во все твои планы и дела. Во все отношения с людьми.

Мне эмоционально сложнее всего конечно принять тех, кто пишет, что все это нагнетание, никакой эпидемии нет, обычный грипп, все дела, но главное, никакой карантин и дистанцирование не нужны, ну умрут те, кто пожилые, ну вот так мир устроен.

Я в целом человек довольно терпимый к очень разным позициям. Мир не черно-белый, он сложный, абсолютная истина всегда из точки зрения на нее смотрящего, и поэтому может быть очень разной. Я стараюсь, обычно, не агрессировать на ту позицию, что не совпадает с моей. Во-первых, я не знаю, какая внутренняя реальность человека к этому привела, во-вторых, я в целом не все знаю. Ну, есть темы, где я себя считаю более менее компетентной, там я могу резковато выступить в ответ на :«дети из детских домов генетически бракованные», «в детском доме лучше, чем в нищей семье», такое в общем…
Но в целом я себя как очень терпимого человека оцениваю.

И тут я чувствую, что мне очень, очень тяжело сдерживаться. Хотя конечно я понимаю, что я не достаточно компетентна в этой теме, я точно не могу читать медицинские статьи в ланцете или научные в кохрейновской библиотеке так, чтобы я реально в них что-то понимала(хотя я конечно попробовала там разное почитать). Я не знаю какие должны быть правильные меры карантина, как правильно профилактировать и лечить. И моих компетенций не хватит чтобы адекватно самой сделать эти выводы. Тут даже вирусологи говорят противоположное, куда уж мне.
Только в целом никто практически в моей френдленте не обладает достаточным знанием и профессиональными компетенциями в вирусологии, эпидемиологии. И если даже какая-то базовая(и очевидно недостаточная) компетенция у него есть. То нет еще никакой точной и неопровержимой информации, вирус не достаточно изучен, на глазах появляются новые версии, новые данные, новые ньюансы. Врачи ищут способы лечения наощупь, нет никаких «доказанных методов лечения» и точных протоколов.
Более того, и данных – то по заражению и летальности достаточных для анализа нет. Все страны считают по-разному, кто-то тестирует всех подряд, кто-то только тех, кого уже на каталке в больницу привезли, тесты неточные и, умерших все считают по-разному (меня шокировало, когда я узнала что часть стран не включает в статистику умерших тех, кто умерли в домах престарелых, за счет этого основная разница в европейской статистике вполне может и быть) и так далее.

Казалось бы, почему меня так выносит мнение тех , кто говорит, что раз точных данных-то нет, чего перестраховываться и дома сидеть?

Я думала об этом много эти дни.

И поняла одну вещь про себя.

Я буду сидеть дома не только потому, что в ленте все больше сообщений о смерти близких: у кого-то умер папа, умерла мама, умерли близкие друзья, бабушка. Такого не было раньше никогда.

Я буду сидеть дома потому, что есть то, что нам довольно точно известно об этой болезни. Что она довольно заразная. И что ее течение чаще всего бессимптомное. И бессимптомные носители могут ее передавать. И что ее тяжело переносят люди с проблемами со здоровьем, чем серьезнее проблемы, тем меньше у них шансов выжить. И, в первую очередь, от перегруженности медицинской системы - не рассчитанной на однотипных пациентов с тяжелыми проблемами в таком количестве разом. Мы очень хорошо видим уже это сейчас .

Это значит, что невозможно рассуждать в парадигме – это мой выбор, моя свобода, хочу и подвергаю себя риску, я выбираю жизнь, пусть с опасностью для себя.

Потому что нет тут никакого выбора с опасностью для себя (в целом, если вам не 70 и у вас диабет). Есть выбор исключительно с опасностью для других. И чем здоровее и моложе человек – тем меньше у него рисков. Для себя он выбирает, собственно, минимальный риск. Он выбирает становиться риском для ДРУГИХ.

И в этом и есть, мне кажется, главная развилка выборов и стратегий.

Вирус поставил всех нас решать задачу вагонетки, где на рельсах мы(наша свобода) и другие(их жизнь).
Мы стоим на этих чертовых рельсах на которых нет хорошего выбора.
И вирус с дьявольской усмешкой спрашивает нас: ты ради своей свободы и своего выживания готов на риск для других или не готов?

Я не готова.
Я буду сидеть дома.

Пс: а для тех, кто не может, надо создавать максимально эти условия. С нормальными выплатами (нет, наши ненормальные). С переоборудованием гостиниц под временное жилье для тех, кто его теряет (делается фондами и гостиницами частично). С оценкой здоровья и максимальными мерами защиты для всех, то вынужден работать.