March 18th, 2017

Повесил в "Фэйсбуке" Александр Скобов

Достойные карманника Кирпича объяснения Кремля по поводу письма-заявления Януковича напомнили мне историю адмирала Щастного, расстрелянного по приговору Революционного трибунала в июне 1918 года. Это был первый "официальный" смертный приговор в Советской России. Левые эсеры, тогда еще не исключенные из ВЦИК, сделали парламентский запрос о нарушении декрета II Съезда Советов, отменившего смертную казнь. На что тогдашний нарком юстиции и будущая жертва сталинского террора Крыленко ответил: "А кто вам сказал, что его приговорили к смертной казни? Его просто приказали расстрелять".

Повесил в "Фэйсбуке" Игорь Иртеньев

Сегодня годовщина нашей свадьбы. Вот стишок, который я написал в этот день два года назад.
Алоис, двадцать лет с тобой живем
Так, как другие близко не живали,
Мы счастье наше трудное куем
И, почитай, практически сковали.
Теперь осталось на него подуть,
Чтоб ненароком не обжечься разом
И дальше свой земной продолжить путь,
Что проще с каждым днем окинуть глазом.
Кто полюбили после сорока,
Тот самый путь пройдя до середины-
При том, что жизнь и так-то коротка -
Те, как народ и партия едины.
Любовь, она...да что о ней сказать
Тем, кто не знал сладчайшей этой муки,
Ее руками проще показать,
Да коротки порой бывают руки.
Алоис, наш пленительный роман,
Признаемся же оба в этом робко-
Божественный оптический обман,
Счастливая небесная наебка.

Повесил в "Фэйсбуке" Владимир Волохонский

К сожалению, из-за накладки с переносом митинга с воскресенья на субботу, я не смогу завтра быть на Марсовом. Потому что митинг по гаражам в Купчино согласован был, чтобы не пересекаться, тоже на субботу. Так что если кто хочет меня повидать, приходите в полдень в Парк Интернационалистов.
Можно успеть на оба митинга, но мне надо будет монтировать репортаж. Ну да и не особо меня волнует передача Исаакиевского собора, если честно.
(Митинг сегодня был, в защиту петербургского бескультурья, но меня не только передача Исаакиевского не особо волнует, но и передача Публички. Она так и так не моя, а чья-то, меня туда не пустят, беда не в этом, конечно, а в том, что и в голову не приходит никому возмутиться публично этой вот традиционной советской мерзостью, "только для"- всегда отвратительно, - прим. ред.)