September 4th, 2016

Ксения Ларина поделилась в "Фэйсбуке" публикацией Александра Осовцова

Естественно, моя френд-лента принесла мне много рассказов о происшедшем и происходящем в 57-й школе. Так как мой и моей семьи опыт общения с этой школой не имеет ни малейшего отношения к теме секса и вообще какого-либо интимного оттенка, то рискну высказаться, не пытаясь как-либо вмешаться в основной сюжет. Прошу прощения за длинный пост, но хочу объяснить, почему я думаю, что нынешняя ситуация во многом - следствие того, что 57-я школа сама перестала соответствовать своему высокому реноме, и надорвалась, пытаясь его сохранить.
В 57-й учился мой младший сын. Он 1997-го года рождения, и учится пошёл в 2003-м. Поступил он туда сам, мы никого ни о чем не просили. Характер у него всегда был сложным, поэтому проблемы во взаимоотношениях с учителями и одноклассниками по его вине периодически имели место, но поначалу обходилось без совсем уж тяжёлых последствий. Думаю, что обошлись бы и потом, если бы не цепочка событий, рисующая в моих глазах эту школу совсем с иной стороны, чем многими принято считать. Сначала сын позвонил мне и сказал, что его учительница не пускает на уроки. Я тут же приехал, и оказалось, что всё это происходит из-за значка "Свободу Ходорковскому!" (дело было как раз во время первого процесса Ходорковского и Лебедева, я тогда работал в "Открытой России"), причём я об этом значке понятия не имел, значок пацану выдал старший братец. Разобрался как-то, но осадок явно остался, и завуч, она же - супруга директора школы, попыталась провести с женой работу на тему, что, мол, не надо втягивать ребёнка в политику. Жена объяснила, что никто его специально не втягивает, но и от семейного общения не изолирует, наши разговоры и мнения он слышит. Потом сын опоздал на уроки, потому что по пути было перекрыто движение, он сам - перфекционист в этих вопросах, был очень раздосадован, и на вопрос учительницы о причине опоздания ответил:"Зато Путин вовремя приехал!". И опять - вызов к завучу и
- Не надо втягивать...
- А что тут втягивать, когда он сам всё видел?
- Сам он не смог бы так всё сопоставить.
- Так ведь смог, не так и сложно было.
- Нет, это вы ему объяснили и внушили.
Наконец, при подготовке к новогодне-рождественскому вечеру сын отказался петь "Тихая ночь, святая ночь ...", объяснив учительнице музыки, что он не христианин. Та сказала, что это обязательное для всех пение, и отправила его к классному руководителю, классный руководитель сказала то же самое и отправила его к завучу, завуч разрешила не петь и вызвала родителей. Жена приехала и услышала, что 9-летний ребёнок не может расти без веры и религии, что если бы наш сын был соблюдающим иудеем, то они бы всё поняли, а так завучу жаль ребёнка, которого не ждёт ничего хорошего.
Очень скоро выяснилось, что поведение сына таково, что руководство школы требует консультации у психолога, причём именно того конкретного, которому они доверяют. Мы согласились, предварительно проконсультировались с психологом, которого порекомендовал мой друг академик А.Асмолов, тот сказал, что парень нормальный, но плохо приспособлен к палочной дисциплине советско-российской школы. После этого жена повезла парня к психологу, которому доверяла 57-я школа, и этот "психолог", не глядя на ребёнка, сразу предложил ей подписать бумагу, что с диагнозом и лечением она согласна. На её отказе от такой подписи "консультация" закончилась.
Зато последовал очередной вызов к завучу, где жене сообщили, что наш сын настолько невыносим, асоциален и опасен для окружающих, что родители его одноклассников собирают подписи с требованием исключить его из их замечательной школы, и что самое лучшее для нас - самим забрать его оттуда. Мы забрали.
Через несколько месяцев наш сын пошёл учиться в Британскую Международную школу в Братиславе, которую и окончил в прошлом году. Окончил лучшим выпускником - не только этой школы, а всей сети по всему миру. Параллельно он стал чемпионом Словакии по водному поло. Сейчас учится в одном из лучших британских университетов, причём имеет грант, стипендию, и разумеется, подрабатывает. Играет за университет в студенческой лиге.
Нет, идеалом он не стал, и проблемы с ним были и есть. Но не такие, как в 57-й московской школе. Потому что когда ровно через год после истории с рождественским гимном, уже в новой школе в другой стране, он опять отказался петь "Тихую ночь", то классный руководитель, выслушав его, сказал:"Понимаю. Раз так - не пой". И хлопнул его по плечу.

Продолжение

Мы на втором этаже учились и от класса далеко не отходили. Это себе дороже. Я еще и в классе самый маленький, даже мальчики все выше, а уж девочки... само собой. В столовую ходить страшнее всего. На лестнице и в столовой табуны. Хуже всех старшеклассницы, эти задавят и не ойкнут, старшеклассники, тоже, конечно, но даже они не такие отмороженные, чуть-чуть под ноги смотрят. Хотя и они... К стойке с булочками в столовой нам подходить запретили, но туда никому и в голову не придет соваться. Там всякое бывает, от простой булочки за семь копеек до полоски за двадцать две копейки. Там такая давка, если какой-нибудь выкидывают коржик... Мелочь вроде нас раздавят сразу. Этот дальний путь в столовую раз в день, после второго урока. Еще мы из класса выходим на пение или физкультуру, но и то и другое рядышком, не нужно ни в коридор ни, тем более, на лестницу. Физкультура еще ничего, а пение скука жуткая. Тип-тип, тибряряри..

Продолжу после

Повесил в Фэйсбуке Игорь Иртеньев

Давно свой смокинг в свет не выводил,
Уж лет пятнадцать, думаю, пожалуй,
А ведь когда-то на приемы в нем ходил –
Такой весь элегантный и поджарый.

Какое там пятнадцать! – двадцать лет,
Еще пинком не изгнан из эдема,
В глазу – монокль, в петлице – флажолет,*
А впрочем, нет, скорее, хризантема.

В моем шкафу он отсыпался днем,
Чтоб вечером блистать со мною в ложе,
Как висли львицы светские на нем,
Да и на мне – мы в этом были схожи.

…С тех пор я опустился и обрюзг,
Последний зуб все чаще выпадает.
На все про все хватает пары брюк
Да плюс кальсон,
Едва похолодает.
* Без вас знаю. (прим. автора).

Повесил в "Фэйсбуке" ссылку на "Профиль", №31, 5 сентября 2016 года Дмитрий Быков

Раньше социальные сети были элементом взаимопомощи. У кого есть хороший врач? Кто спасет бездомную собачку? Какую школу с преподаванием японского вы мне подскажете? Сегодня Фейсбук прежде всего — инструмент распространения непроверенных слухов и травли, и главное развлечение контингента — проклинать...
Вот московская школа, которая, на мой вкус, слишком часто подчеркивала свою элитарность: этого у нас не прощают и вообще увенчивают главным образом для того, чтобы потом тем сочнее развенчать. Да и вообще некрасиво это как-то. Теперь эта школа, ученики которой всегда брали призы на олимпиадах и тем внушали дополнительную неприязнь, оказалась в центре скандала: оказывается, там учитель заводил романы со старшеклассницами. При этом, подчеркивают все комментаторы, он не педофил. И все про его увлечения знали. И старательно это скрывали. Но вот одна выпускница этой школы почему-то заговорила — и сеть превратилась в грандиозное моральное судилище.
Естественно, подключились наижелтейшие издания, где сидят обычно наипервейшие моралисты. Выяснилось, что в школе преобладают учителя-евреи, а значит, либерасты. А все либерасты, как известно, покрывают друг друга. Кампания по моральному осуждению учителя, его коллег, молчавших старшеклассниц и уволенных учителей (почему терпели?!) набирает обороты. Сеть сегодня — инструмент не взаимопомощи, а в первую очередь травли: почему так случилось? Вероятно, потому, что людям совершенно не за что стало себя уважать: они могут быть белоснежными только на фоне кого-то отвратительного. Это не обязательно еврей, подозреваемый в романах с малолетними (насколько платоническими были эти романы — обсуждается отдельно и смачно). Это может быть и министр, и министра тоже жалко: степень его виновности никого не интересует. Важно набежать, отметиться и дать совет: на петушатню.
Я не стану вдаваться в обсуждение ситуации в конкретной московской школе, потому что здесь не может быть объективного и, главное, доказательного мнения. Никто ничего не знает, да знать и не хочет. Мнение толпы сегодня переменчиво как никогда: сегодня затравили, завтра оказалось, что затравленный был не виноват, и на петушатню волокут уже тех, кто осмелился обвинить невинного...

(Очень эмоциональный, но какой-то невнятный, мне кажется, комментарий. В соцсетях о том, что происходило в 57 школе вспоминают выпускницы этой самой 57 школы, более десяти вспоминают половые акты с учителем, еще больше выпускников и их родителей делятся своими воспоминаниями, не совсем понятно почему это вызвало столько апокалиптических эмоций у преподавателя Дмитрия Быкова, - прим.ред.)

Повесил в "Фэйсбуке" ссылку на свою статью в rfi Гасан Гусейнов

Начнем с педерастов. Исторически, или в те десятилетия и столетия прошлого, когда добровольные однополые союзы между взрослыми людьми считались греховными и уголовно наказуемыми, они назывались страшным словом «мужеложство». При этом сексуальная эксплуатация детей признавалась менее тяжким преступлением, и вот она-то называлась педерастией. Возлежание Зевса с Ганимедом, Суворова с сыном полка или Чайковского с пойманным по дороге из гимназии приготовишкой не слишком сурово осуждались по одной причине. Это были времена, когда ребенок не признавался полноценной личностью, человеком. Ребенок не вполне заслуживал тогда правовой и психической защиты, от него не требовалось особого согласия на то, что намеревался проделать с ним взрослый дядя. Мало того, некоторые древние предполагали, например, что мальчик и вовсе нуждался в дополнительной отделке, а потому педерасты выполняли, и некую, как сейчас бы сказали, теневую педагогическую задачу... Когда в русский словарь только-только вошло интересующее нас слово, появилась хохма:

— Чем педофил отличается от педагога?
— Педофил любит детей.

В атмосфере междусобойчика и массовой аномии не стоит удивляться, что ваши хохмы превратились в реальную политику. Вам хочется высокого и светлого? Почему же любимую политическую формулу в стране вы извлекли из романа Виктора Пелевина:

«- Ты ведь продвинутый парень… А единственная перспектива у продвинутого парня в этой стране — работать клоуном у пидарасов.

— Мне кажется, — ответил я, — есть и другие варианты.

— Есть. Кто не хочет работать клоуном у пидорасов, будет работать пидорасом у клоунов. За тот же самый мелкий прайс…»

Фи. Не изящно, противно, гнусно? Но больше-то ничего между строк общественного мычания не прочитывается...
Читать целиком:
http://ru.rfi.fr/rossiya/20160904-chem-pederast-otlichaetsya-ot-pedofila