?

Log in

Свободное время

Monday, August 29, 2016

10:38PM - Продолжение

Пожалуй все, что про наш двор знал, рассказал. Там было класно, да еще и велосипед появился двухколесный. Разумеется, я всем кто просил давал покататься, но не очень уж и просили. Так, изредка. В аварию один раз попал, выезжал со двора на полной скорости на "Школьнике", а туда легковушка въезжает! Лобовое грозит. Пришлось отворачивать на полной, прямо на поребрик высоченный, перелетать через руль и приземляться в кусте сирени. Водитель перепугался, выскочил из машины и меня домой отвел. А не пугай ребенка своими Жигулями! Зимой в царя горы можно играть, сугробы, сугробы и по вершинам мы бегаем. Но в царя горы меня обыгрывали все почти. И руки у меня покороче и посильнее почти все, а тут одной ловкостью не взять. Ну и с пожарной вышки в снег прыгать классно, все-таки примерно высота второго этажа, а в сугроб приземляться не больно ни капли. В школу после семи лет на свободе пришлось, мне там сразу очень не понравилось. Вот где тоска! А ведь я хотел, мне так расписывали! А оказалось! Да там достаточно на лица соучеников посомтреть и сразу все ясно. Они то почти все давным давно ручные. Мама перед уходом на работу мне примеров двадцать оставляла, я вечера не ждал, сразу решал, классно же! Писать я умею печатными, разумеется, как в книжках, или там газетах. Про читать уж не говорю, все перечитал, что детского было, ну из интересного, конечно. Вкус у меня был странноватый, про пионеров-героев любил, "Три Мушкетера" любил, рассказы про Ленина любил, Карлссона любил... У меня на полках могло и такое оказаться и другое и третье, а что взять мне не слишком настойчиво рекомендовали. Да и не особо то я прислушивался, мне и крошить в кровати не советовали настойчиво...

Продолжу после

12:21PM - Вернулся

Домой. Тут интернет. Про остальное и не говорю. Но тут Джерри не дает печатать. Сразу лезет на клавиатуру. Ревнует, наверное. На даче с утра про Брэкзит болтали. Мне то кажется, что это такая глупость, пресловутый Брэкзит, что и слов тратить жалко немножко. Это как обсуждать, я не знаю... Ну, вот яблоко на столе. Сейчас оно тема для размышления, съесть или не съесть. Можно дискутировать. А если его уже съесть и еще и времени прошло много... О чем спорить? Оно назад яблоком не станет. Оно уже и пахнуть перестало давно, чем угодно. Ну, вот я работал программистом в немецкой фирме. И у меня почти сотня коллег. И один бухгалтер с нашими бумажками-контрактами всякими...У меня вид на жительство с правом на работу, потому как статус беженца. И еще австриец, финн, француз, датчанин, итальянец, да кого только нет, даже немцев несколько, Европа же. Фирма делает программы для нескольких европейских супермаркетов.
Фирма уже работает много лет. Люди в эти супермаркеты за молоком да хлебом ходят каждый день. Ну, какой тут Брэкзит?! Дворник у нас итальянец, ногу сломаешь - проопериует хирург и заботиться будет медсетра. Паспорта у них могут быть любыми. И есть. У всех дети в школу ходят, все прописаны (в Германии нельзя жить без прописки). Медстраховки у всех. В Германии жить нельзя без медстраховки. Какой может быть Брэкзит теперь, когда полным полно иностранцев всюду, семьи заводят, учатся, работают, детей в школу водят и.т.д. Всех отправить по домам? Поотменять в больницах операции, а в школах уроки? У медсестры и у программиста не тот паспорт?
Пока Европы не было единой, ее можно было не заводить. А теперь как ее назад запихать?

Friday, August 26, 2016

5:12PM - Повесил в "Фэйсбуке" Акунин Чхартишвили

Иногда подумываю издать книжку «Избранные письма», собрав туда самое драгоценное из того, что приходит мне на почту и в личку.
Получил тут, например, давеча выгодное предложение.
Что посоветуете по поводу условий?

4:40PM - Продолжение

С горки прилично было на ногах съезжать. Прочее по бабски. Не ныть, ясное дело. Крайние случаи не в счет. Одному из соседнего двора камнем попали. Но так просто и не запустит никто. Тут слезы допустимы, это и правда больно. Но кидаться камнями и драться в нашем дворе было не принято. Другое дело, если чужак из соседнего двора зашел. На меня однажды Боря из соседней парадной упал, Боря лет на восемь старше, но в футбол с нами играет, а в футболе никаких скидок не быват. Столкнулись, упали, поднимаемся. Кто может подняться. Я уполз за пределы поля, а потом домой. Дома еще попало и на будущее запретили играть с Борей, лучше никому никогда ничего не рассказывать, только хуже будет в итоге. Типа, я во дворе выбираю, кто напротив бегает. Матка-батка-сраная лопатка - это до начала игры выборы, а потом уж...
Ну, иногда считалочками обходились, но это по несерьезным вопросам, а если футбол или еще что-то важное, то матка-батка... Деньги, вообще роли среди нас не играли, мы жили в каменной пятиэтажке, почти все, но кое-кто, например Серега с родителями, в деревяных домиках крохотных во дворе. Их не снесли в семидесятые, потом я узнал, что они мемориальные, в одном из двух Ленин со Сталиным конспиративно встречался. В девяностые снесли, когда решили забыть и Ленина и Сталина. Как ни странно, забывать стали как раз Ленина. А Сталина даже лучше помнят теперь, чем во времена моего детства. А Серегиному папе - дворнику, всегда очень пьяному, отдали первый этаж одного из деревянных домов. Удобно, Сереге всегда можно в окно постучать: "Выйдешь?!" Наверное, Серегин папа с женой получать квартиру пришел, а то как бы он понял пьяный, что это ему?
Продолжу после

Thursday, August 25, 2016

1:30PM - Продолжение

Но это все публичная жизнь. А в семидесятые и частная бурлила. Дома над кроватью карта мира - в города любого взрослого обыграю. И стоят книжные полки возле кровати. И висят над кроватью. А на них - выбирай сам. Есть из чего выбрать. Энциклопедия детская и пр., я до сих пор не знаю зачем такие книжки. Скучно. Или, вот половина томов из серии приключенческой детской. Вот кому может быть интересна фантастика?! Тем более 4-7 летнему. Но полным полно интересных книжек! Даже и в этой серии приключенческой. Дедушка коллекционировал одно время сказки народов мира. Вот это я перечитал. Ну и всяких мушкетеров, конечно и про индейцев и современное, утром просыпался раньше всех (папа не в счет, он вообще, говорят в шесть вставал на работу, я его и не видел утром ни разу). Мне тогда было все равно в рифму написано или без рифмы. Все проглатывал с восторгом и Дюма и Пушкина и "Последнего из Могикан" и "Конька-горбунка". А мама еще и из своего библиотечного читального зала приносила, она же у меня заведующая читальным залом. Так что и Астрид Линдгрен у меня на полке с библиотечным формуляром внутри и строгим-престрогим запретом есть с книжкой. А то мне с другими книжками есть разрешают! Открываю глаза чуть до восьми, дома тишина. Вначале на кухню, там тарелка, два-три бутерброда с маслом и сахаром и в постель, там съем с книжкой, так гораздо вкуснее, а до десяти все равно никто не поймает, одни на работе, другие еще спят. Главное, чтобы крошек на простыне не осталось, это я спустя годы понял, после многократных непростых бесед.
Продолжу после

Wednesday, August 24, 2016

2:19PM - Продолжение

Ступеньки там на лестнице были огромные, больше нигде таких не видел, однажды домой спешил и такую шишку на лбу набил лбом об ступеньку по дороге на наш пятый этаж... Внизу почтовые висят ящики, не как сейчас металличекие, а из настоящего...дсп, наверное, но капитальные, сразу видно. А мне и ключи не нужны, там щель такая, что достаю. Мы выписывали "Правду". И еще "Советский спорт" изредка. В "Правде" особенно читать было нечего, только последняя страница нормальная, там и новости спорта и прогноз погоды. А "Советский спорт" весь был интересный, кроме второй страницы. Остальные три интересные. Но это уже у нас потом в ящике появилось, а читать учился по "Правде". Летом и выжигать лупой с "Правдой" хорошо, можно и поджечь, если погода хорошая. В магазин через дорогу молочный меня лет с пяти одного отправляли за сметаной и маслом. Сыра там могло и не быть, даже голландского и российского, а масло было, обычно, иногда и по три шестьдесят, а уж по три пятьдесят... Наверняка. Сметану мне из бидона наливали в пустую банку принесенную, я брал по 800 грамм, не как теперь. И во двор! Своего футбольного мяча у меня не было, так что сторожил с балкона, Серега мог вынести или Юра. Старушки на скамейке не любили наш футбол, могли и схватить мяч, но у них хозяева всегда в итоге отнимали, реакция то лучше. С девочками мы тогда, вообще, не играли во дворе, даже с ровесницами, я даже имен не помню. Да они и не выходили, кажется, зачем им?
Продолжу после.

1:39PM - Повесил в "Фэйсбуке" Дмитрий Борко

Екатеринбург. Ребята все еще при делах.

5:23AM - Повесил в "Фэйсбуке" Дмитрий Быков

Теперь, когда, скорее всего,
Господь уже не пошлет
Рыжеволосое существо,
Заглядывающее в рот
Мне, читающему стихи,
Которые напишу,
И отпускающее грехи,
Прежде чем согрешу,
Хотя я буду верен как пес,
Лопни мои глаза;
Курносое столь, сколь я горбонос,
И гибкое, как лоза;
Когда уже ясно, что век живи,
В любую дудку свисти —
Запас невостребованной любви
Будет во мне расти,
Сначала нежить, а после жечь,
Пока не выбродит весь
В перекись нежности – нежить, желчь,
Похоть, кислую спесь;
Теперь, когда я не жду щедрот,
И будь я стократ речист —
Если мне кто и заглянет в рот,
То разве только дантист;
Когда затея исправить свет,
Начавши с одной шестой,
И даже идея оставить след
Кажется мне пустой,
Когда я со сцены, ценя уют,
Переместился в зал,
А все, чего мне здесь не дают, —
Я бы и сам не взял,
Когда прибита былая прыть,
Как пыль плетями дождя, —
Вопрос заключается в том, чтоб жить,
Из этого исходя.
Из колодцев ушла вода,
И помутнел кристалл,
И счастье кончилось, когда
Я ждать его перестал.
Я сделал несколько добрых дел,
Не стоивших мне труда,
И преждевременно догорел,
Как и моя звезда.
Теперь меня легко укротить,
Вычислить, втиснуть в ряд,
И если мне дадут докоптить
Небо – я буду рад.
Мне остается, забыв мольбы,
Гнев, отчаянье, страсть,
В Черное море общей судьбы
Черною речкой впасть.

Tuesday, August 23, 2016

8:26PM - Маша и Джерри

3:20PM - Повесила в "Фэйсбуке" Варвара Турова

Никак, никак не соберутся деньги Кириллу Предовскому. Я все понимаю, я сама пролистываю кучу объявлений с просьбами о помощи, обросла кожурой и ничего не стреляет в сердце, когда читаю очередное описание чьей-то беды. А должно стрелять. Возвращаюсь, когда пролистала, заставляю себя прочитать, заставляю себя представить себя на месте того, у кого беда. На месте его близких (страшнее). Я представляю себе, что вот, жизнь моего возлюбленного, или моего сына, зависит от того, сколько будет перепостов в фб. А их нет. Или есть, но мало. А денег нужно собрать полтора миллиона рублей, много, но подъемно вполне. Это минимум. А лучше больше. А собрано 785 тысяч, и то, дикими трудами. Мне не нравится стоять на табуретке и кричать, но у меня, кажется, нет другого выхода, потому что у меня нет такого количества денег, чтобы просто тихонечко помочь Кириллу и не надоедать тут вам этими постами. Человек умрет, если мы не скинемся. Скинуться очень легко. Меня задевает, больше того, меня оскорбляет, что каждый раз надо писать эти посты, что каждый раз надо соревноваться с самой собой в красноречии и изощренности. Что перепосты делают примерно одни и те же люди. (и что я заранее знаю, кто из моих френдов этот перепост сделает, а кто - никогда). Меня оскорбляет, что человеческая, сука, жизнь зависит от того, насколько удачно я сформулирую постик. А если неудачно - то денег не перечислят.
Пожалуйста, перечислите сколько можете денег. Иначе человек умрет.
По ссылке - все реквизиты, все способы помочь, в том числе секундные. https://livefund.ru/campaign/kirill-predovskij/

1:55PM

Продолжение
Обычно, трехколесный велик я не выносил. Дома катался, тайком. Потом уже стыдоба на трех колесах, а двухколесный "Школьник" только к шести годам появился. Но в четыре еще можно, первый весенний день встречал во дворе на трехколесном. Не один только я, весь дом высыпал погреться во двор. Просто Невский проспект, а не двор. Дом у нас академический, только я это слово тогда не знал. Если начистоту, то и сейчас не очень понимаю. Дом сталинский на Светлановской площади, на границе с Удельным парком. Дедушка получил квартиру, как профессор-онколог и в Москву переехал. И вот мы живем, а все вокруг, тоже, из докторских семей, или типа того. Было у кого синюю лампу одолжить если горло надо погреть от простуды, соседи, все-таки. Потом и подарил кто-то, своя появилась, а ведь это дефицит. В ЖЭКе пару раз был на лекциях. Про Миклухо-Маклая показывали слайды и овчарку приводили дрессированную, зачем то сказали нам, детям, что это настоящий волк. Мы, дворовые, лет 5-8, покивали, чайниками прикинулись.

Сцена стояла в Удельном парке неподалеку от нашего двора, за помойкой, там по вечерам куплетисты и прочие массовики-затейники, но этот жанр уже отходил, был пару раз, не больше, да и дома не уважалась такая попса, а я был довольно домашний. До стола пинг-понгового я не допрыгивал, но играть научился неплохо, мне, само собой, не достать, если под самую сетку ударить, но это еще попади так, чтобы шарик там остановился.
(Продолжу после)

1:26PM - Повесил в "Фэйсбуке" Гасан Гусейнов



(Помню-помню, прим. ред.)

Monday, August 22, 2016

3:00PM

Продолжение
Развлечений у нас во дворе хватало. В школе их было уже значительно меньше.
Да и вообще жизнь постепенно становилась как-то тусклее.
Вот раньше весна - это была весна. Выходишь из дома - еще не умеешь букву "Р"
выговаривать. И тут наш автобус. Кричишь: "тридцать третий!" "мама, тридцать третий!"
Раскатисто так. И она выговаривается, буква эта дурацкая. И так во всем. Зимой, тоже,
ничего. Сугробы, хоккей без коньков, во дворе, горки ледяные в Удельном парке, опять же снежки друг с другом, или кто больше машин подобьет снежками. Теперь машины ездят, а раньше рынок был. Летом кран с гирей раздолбал рынок перед домом и теперь славная охота с моста. Летом, тоже, поохотиться можно, но с балкона, не на машины, на людей, а это рискованно. Под балконом почта, люди ходят, но если в них попасть бомбочкой с пятого этажа, то могут и домой позвонить в дверь. Не лень же! Им не открою, но все равно неприятно. А мне на почте нельзя слишком уж рисковать репутацией, меня водитель почтового грузовика иногда на переднее сиденье сажает и порулить дает, сам только на педали нажимает. Я почти в повороты вписываюсь, а по прямой вообще.
Продолжу после

2:00PM - Повесил в Фэйсбуке Игорь Иртеньев

Не жизнь, а сплошная зубная тоска,
Ни соли щепотки, ни мыла куска,
И чьей только злою волшбою
Сюда занесло нас с тобою?
Мы жили как люди и вот тебе на,
В мздоимстве и блуде погрязла страна,
Где песни веселые пелись
И теплые бублики елись.
Где каждого каждый в беде выручал,
При этом на каждого каждый стучал,
И общею были планидой
Повязаны праведник с гнидой.
Мы в черное небо с тоскою глядим,
И черствого хлеба краюху едим.
Осталась нам в жизни, кирюха,
Одна только эта краюха.
А в небе том черном геройской звездой
Когда-то Гагарин сверкал молодой,
Но нам уж не вспомнить с тобою,
Что было оно голубое.

Sunday, August 21, 2016

8:33PM

Несколько лет я прожил в Европе, лет восемь, если все сложить. В основном, в Германии. Ну а в состоянии парности лет пятнадцать, мы друг к другу ездили поначалу, а в головах наших совсем все не местное. Так что я понахватался от подруги нерусских представлений о мире и себе самом. Хотя я и раньше...
До школы жил на свободе. Никаких яслей-садиков. Бабушка домой приходила, а я шел во двор. Иногда бабушка на балкон выходила. Присмотреть, типа, за ребенком. Ну, если я во дворе, то с балкона видно. А если в Удельном парке, с которым наш двор граничит, или на баскетбоольной площадке, или мы пробки от пивных бутылок плющим под колесами поезда или кидаем снежки в проходящие автомобили (с насыпи удобно и не поймать, мы в Удельном парке растворимся заснеженном и разыщи нас водитель! Это ему еще затормозить надо, выйти, по насыпи наверх залезть...) Раз в пару недель ездил к бабушке в гости с ночевкой. Это недалеко, минут двадцать, тогда все, кажется, вся тусовка родительская, на севере жила Питера. Бабушка (папина мама) внуков очень любила, меня, понятное дело, особенно, младший. У бабушки дома были карамельки, можно печенье макать в молоко и читать книжку "Кыш, Двапортфеля и целая неделя". Других книжек у бабушки не было, но мне хватало, знал близко к тексту. Еще у бабушки шахматы были, но это если папа приходит забирать меня, не с бабушкой же бороться. Потом папа мне рассказывал семейную историю, что прабабушку бабушки в Питер привез хозяин в середине девятнадцатого, крепостную, понятное дело. Евреев бабушка теоретически на словах не жаловала, но внуков любила, вот такая загогулина. Меня больше всех. А в основном дома жил, дома книжек море, у меня детская библиотека своя и карта мира над кроватью. И трехколесный велосипед.
В школе выделялся, конечно, все почти в школу из детского сада, там и пожеще и дисциплина. А я прямо с воли, в футбол-баскетбол-настольный теннис детсадовские не умеют совсем, конечно, но у них всякие коллективные навыки, к блатным понятиям школьным они поближе... Продолжу после.

4:08PM - Моя фотография

3:21PM - Порекомендовал в "Фэйсбуке" Дмитрий Борко

А все потому, что хватит использовать в борьбе смерти людей. Или вечно дрочить на эти воспоминания - "тогда я был молод и крут!". Либо оставайся молодым и крутым, либо отваливай нахрен от паровоза. Этим должно было кончиться. Это дает возможность пропаганде власти продвигать свою тему "сакральной жертвы". И соглашаясь на эту "сакральность", мы отказываем людям в праве сами распоряжаться своей судьбой, в том числе и жизнью. В общем, если хватит дрочить на 45-й, то и на 91-й тоже хватит. Живите вперед.

3:03PM - Повесил в Фэйсбуке ссылку на "Бесэдер" Игорь Иртеньев

На предвыборной встрече с жителями Самары губернатор Н. Меркушкин рассказал о плане ЦРУ и Госдепа по оккупации Российской Федерации и, в частности, Самарской области.
Игорь Иртеньев

* * *
Проснулся ночью от кошмара.
Приснилось, что враги кругом,
Что стонет городок Самара
Под оккупантским сапогом.

Что взял клешнею волосатой
Пиндос за горло нас тайком,
Что реет звездно-полосатый
Да над Самарой городком.

Ложился спать с родной женою,
Проснулся – что за чудеса:
Да это ж Трамп лежит со мною,
Раскинув рыжи волоса.

Кровавых щупалец Госдепа
Зловещий всюду виден след.
Видать из строя вышла скрепа,
Что нас скрепляла столько лет.

Ни звук тебе родной тальянки,
Ни куст ракиты над рекой…
Зачем в наш home ты go, yankee?
Зачем нарушил наш покой?

1:37AM - Для Маши это первый вечер тут без Грэя

Saturday, August 20, 2016

10:56AM - Повесил в "Фэйсбуке" Денис Драгунский

В ШКОЛЕ И ДОМА (ИЗ СТАРЫХ ЗАМЕТОК)
В мое время были такие вот "учительские" слова и выражения. Вроде «Не ковыряй в носу, а то палец сломаешь, в армию не возьмут».
Если ученик тайком хихикал, учительница говорила:
- Что тебя так насмешило, Петров? Ну, скажи, скажи, не скрывай. Встань, Петров, и скажи вслух! Вместе посмеемся!
Если учительница за что-то ругала Петрова, а Сидоров тянул руку: «Марья Иванна, это не он, честно, не он!» - то она говорила:
- Нам здесь адвокаты не нужны!
Если опоздавший Петров входил в класс, учительница говорила:
- Картина Репина «Не ждали»!
Или даже (если дело было в интеллигентной школе):
- Полюбуйтесь! Ну прямо «Явление Христа народу»!
А если она была литераторша, то иногда вот так:
- Явление восьмое. Те же и Петров.
Часто говорилось такое:
- Не все должны обязательно становиться инженерами или врачами. Есть и другие нужные профессии. Например, дворники. Или ассенизаторы. В нашей стране любой труд почетен. Петров, это тебя касается!
А также:
- Что ты прячешься? Встань. Не надо сутулиться! Высокий, красивый парень, уже совсем почти жених, а такой застенчивый. Выходи к доске, Петров, покажись нам во весь рост.
И загадочная фраза:
- У тебя, Петров, что, сдерживающие центры не работают?
Конечно, я не все запомнил. Наверное, что-то еще было.
Были ещё "родительские" поговорки и словечки. Воспитательные. Вроде таких:
- Когда я ем, я глух и нем.
- Лень-матушка раньше нас родилась.
- Кто рано встает, тому Бог подает.
- Любопытной Варваре нос оторвали!
Обидное слово, прямо-таки клеймо:
- Барчук!
И самое главное:
- Я в твоем возрасте!.. Дедушка в твоем возрасте!.. И так далее вплоть до Гайдара, который в 15 лет полком командовал, и даже – сам слышал! – вплоть до Джульетты, которая «в 14 лет умерла от любви, а ты, халда, в 16 не можешь жопу поднять, пол подмести!»

Navigate: (Previous 20 entries)